Владимир Машков. ПОБЕДА СОВЕТСКОЙ РОССИИ В ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ (Часть 1)

Как появились большевики
Как получилась первая всемирная индустриальная война
Наша страна в Первой мировой войне до Февраля 1917 года
Изначальные позиции большевиков в Первой мировой войне
Разрушение Российской империи и становление Советской России
Летом 2014 года прошло столетие от начала Первой мировой войны, унесшей десятки миллионов жизней. В 2017 году – столетие Октябрьской социалистической революции, свершившейся во время той войны и тесно связанной с ней. Тогда, в сложнейшем переплетении межгосударственных и классовых битв на зримых и тайных фронтах, пали многие монархии, усилились позиции мировой капиталистической элиты, а в нашей стране образовалось неведомое до того советское социалистическое государство. За постсоветский период у нас разгорелись и полыхают доныне жаркие, часто выходящие далеко за пределы научной аргументации и терминологии, споры, более всего по вопросам:
Позитивной или негативной для нашей страны была роль российских коммунистов (большевиков) в Первой мировой войне?
Созидательным или деструктивным было свершенное большевиками преобразование российской государственности?
Сейчас — самое время попристальнее рассмотреть эти вопросы в связи с не снижающимся к ним интересом и в свете указанных знаменательных дат. Здесь не обойтись без кратких экскурсов к истокам коммунистического движения и первой в истории человечества всемирной войны.

Как появились большевики
Коммунистическое движение родилось примерно за полвека до начала Первой мировой. Это было время ускорения темпов индустриальной революции в рыночных, — капиталистических, условиях. Появилась крупная машинная промышленность, -индустрия, вытесняющая натуральное хозяйство, связывающая производственной кооперацией все регионы мира и стремительно увеличивающая объемы производства. Однако: уровень жизни промышленных рабочих не рос, а падал. Применение машин многократно снижало трудоемкость создаваемой продукции, но труд ее создателей становился все более напряженным. Этот, отмеченный многими мыслителями того времени, социальный порок досконально изучили Энгельс и Маркс. На большом объеме аналитических данных они доказали:
Конкуренция за прибыль между собственниками средств производства и капиталов превращает индустриализацию в фактор разорения трудящихся.
При натуральном хозяйстве с ручным трудом собственники рабов или крепостных были заинтересованы в сохранении подольше работоспособности и в приплоде своих работников. Поэтому работники содержались, как правило, не хуже скота. Капиталистам же, покупающим на рынке не людей, а только их труд, нет дела до того, что останется от работников в ходе их эксплуатации за время найма, а тем более – до безработных. Применение все более и более совершенных машин высвобождало все больше рабочей силы, снижая тем самым спрос и повышая предложение на рынке труда. В результате труд становится все дешевле, а эксплуатация его все более нещадной. С быстрым ростом количества наемных промышленных рабочих в мире из них образовался новый класс трудящихся: не являющихся ничьей собственностью и неимущих собственных средств производства и капиталов. Этот класс стал называться словом пролетариат.
Все это наиболее системно и доказательно было изложено в трудах: Ф.Энгельс «Положение рабочего класса в Англии» 1845г.; К.Маркс «Капитал» том второй глава тринадцатая «Машины и крупная промышленность» 1867г.
Такие результаты исследований привели Энгельса и Маркса к выводу, что:
Для реализации невиданно могучего производственного потенциала мировой индустрии не во вред, а во благо трудового народа, пролетариат должен обобществить индустриальные средства производства и организовать их эксплуатацию с целью удовлетворения потребностей людей, вплоть до полного их удовлетворения и, соответственно, — отмирания товарно-денежных отношений.
Другими словами, индустриальная революция в производительных силах должна дополниться мировой социалистической революцией в общественных отношениях, что сделает индустриальный прогресс фактором прироста благосостояния, облегчения труда, сокращения рабочего времени, прироста свободного времени для отдыха и всестороннего развития личности.
Данная концепция развития общества была впервые изложена Энгельсом в труде «Принципы коммунизма» 1847г., затем вместе с Марксом переработана в «Манифест коммунистической партии» 1848г. и позднее стала именоваться: научный коммунизм, в отличие от появившегося ранее утопического коммунизма, основанного лишь на благих мечтах мыслителей, возмущенных несправедливостью царящих в мире порядков.
На идейной базе научного коммунизма стали формироваться во многих странах социал-демократические партии. После их скатывания на буржуазные позиции появились коммунистические партии, продолжившие организацию революционной борьбы пролетариата за коммунистическое преобразование общества.
Основатели научного коммунизма изначально предполагали, что социалистическая революция начнется с индустриально самых развитых стран: Англии, Франции и Германии. Но во второй половине XIX века власти Англии успешно прикормили своих рабочих не за счет доходов капиталистов, а за счет грабежа колоний. Власти Германии, ставшей мировым лидером по промышленному развитию, и власти Франции не смогли воспользоваться в такой мере этим приемом потому что у них колониальных владений было гораздо меньше. В нашей стране, тогда — Российской Империи, с запоздалым развитием промышленности тоже появился пролетариат, эксплуатируемый особо жестко. Российская коммунистическая партия сформировалась под руководством Ленина В.И. в начале ХХ века из большей части социал-демократического актива. Отсюда название российских коммунистов: большевики [Подробнее — «Краткий курс истории ВКП(б)» 1938г. С. 27-139.].

Как получилась первая всемирная индустриальная война
В истории государств трудно найти длительные периоды без войн. Наверное, было больше периодов длительных войн. Тем не менее, до появления развитой индустрии ни одной всемирной войны не случилось.
В доиндустриальные времена масштабы войн ограничивались возможностями ручного труда в производстве оружия, малой грузоподъемностью и тихоходностью транспортных средств на животной или парусной тяге и тихоходностью средств передачи информации, каковыми были те же транспортные средства. Индустриальная революция расширила возможности ведения войн до планетарного масштаба. Появился во множество раз более мощный производственный потенциал для создания вооружений, гораздо более грузоподъемный и быстроходный транспорт на машинной тяге. Появилась техника, способная передавать управленческую информацию на глобальные расстояния практически моментально: телеграф, телефон, радио. И оружие стало создаваться не ручное, а машинное, несравнимо более «производительное»: автоматические скорострельные машины (пулеметы); артиллерийские орудия невиданной дальнобойности, скорострельности и разрывной мощности снарядов; бронированные авто на моторной тяге с пулеметным и артиллерийским вооружением (броневики и танки); бронепоезда с пулеметным и артиллерийским вооружением; цельнометаллические пароходы с батареями артиллерийских орудий на борту и со снарядами на моторной тяге (торпедами); подводные боевые корабли; летающие боевые машины.
Любые технические средства, применяемые в войнах, – не средства производства и не предметы потребления, а средства убийства и разрушения. Люди, содержащиеся для войн, — не производительная сила, а сила убийства и разрушения.
Все эти военные, то есть антипроизводительные силы всегда использовались правителями государств для захвата дополнительных владений или отстаивания имеющихся. Однако издавна самыми успешными приобретателями наживы от войн стали не победители в вооруженном захвате новых владений, а рыночные воротилы: транснациональные кланы ростовщиков (банкиров) и промышленников. Эта когорта капиталистов успешнее всего богатеет на государственных военных расходах потому что раскошеливать государства на них гораздо легче, чем раскошеливать население на его расходы, тем более при снижении его покупательной способности.
Если гонка вооружений и ведение войн всегда и для всех государств – дело затратное, которое лишь вероятностно может окупиться с захватнической победой, то капиталисты обогащаются как раз из этих затрат пропорционально их объемам и, как правило, вне зависимости от того, какое государство захватит дополнительные владения, а какое потеряет имевшиеся.
На индустриальной революции обогатились больше всех тоже транснациональные капиталистические кланы в силу их способности кредитовать промышленные проекты глобального масштаба. У этих воротил соответственно возросли финансовые, информационные и административные (через коррупционные связи в любых государствах) возможности для лоббирования гонки вооружений и военных конфликтов. А среди правителей государств стремления к захватническим войнам хватало всегда.
В результате:

С индустриализацией производства невиданно крупные финансовые потоки направились для закупки вооружений в невиданно производительную мировую индустрию. Она стала милитаризироваться и, соответственно, перерождаться в невиданно могучий индустриальный потенциал убийства и разрушения.
Первоисточником возрастающей отсюда наживы капиталистов остались рабочие и крестьяне. Они же остались источником призыва солдат для невиданно многочисленных армий с невиданно убийственным вооружением.
Война, соразмерная колоссально возросшему политическому могуществу транснационального капитала, смертоносному могуществу милитаризованной индустрии и войск с машинным вооружением не заставила долго себя ждать. Летом 1914 года под предлогом убийства террористом видного политика началась цепная реакция международных конфликтов, вплоть до боевых действий многомиллионных армий.
Власти вступающих в войну государств старались доказать, что не они нападают на соседей и что война ведется для защиты своей родины. Большевики усмотрели другие главные мотивации: передел колоний, рынков, сфер влияния и захват соседних территорий после того, как в конце XIX века весь мир был поделен между сильнейшими империалистическими державами.
Во всех вступающих в войну странах были предварительно воспалены массовая эйфория ожидания легкой быстрой победы и дух национального патриотизма. Однако: быстрый исход войны быстро лишил бы доходов с нее. На финансовом и материально-техническом «содействии» всем воюющим государствам как никогда стал богатеть американский бизнес. В нейтральных странах процвело высокодоходное посредничество в торговле между воюющими противниками при официально объявленной ими взаимной экономической блокаде. Во всех воюющих странах тоже было предостаточно богатеющих на войне коммерсантов.
При множестве и могуществе частнособственнических сил, объективно экономически заинтересованных не только в разрастании масштаба войны, но и в продолжении ее как можно дольше, война получилась всемирной и затяжной.
Участниками Первой мировой стали государства, разделившиеся по двум военным блокам: Антанта (Франция, Россия, Англия, Япония и др.); Союз центральных держав, — далее, для краткости, германский блок, учитывая главную роль Германии в этом блоке, (Германия, Австро-Венгрия, Болгария, Турция).
Во втянутых в войну странах проживало более двух третей населения Земли. Для участия в войне было мобилизовано примерно 70 миллионов человек. Главными средствами убийства и разрушения стали: около 30 миллионов винтовок и миллион пулеметов с общим количеством патронов в пересчете на каждого жителя Земли примерно по 30 шт.; 150 тысяч арторудий с количеством снарядов по 0,7 на каждого жителя Земли; более девяти тысяч танков; около тысячи линкоров, крейсеров и эскадренных миноносцев; около полутысячи подводных кораблей; около 200 тысяч военных самолетов. Впервые применилось химическое оружие. В воюющих странах около половины занятых в промышленности работников и производственных мощностей стали работать только на войну. То есть, — только на убийство и разрушение. На европейском театре военных действий эта война унесла больше жизней, чем все вместе взятые войны за предыдущие две тысячи лет европейской истории. Почти все население воюющих стран было низвергнуто в нищету, голод и разгул эпидемий. [БСЭ: Первая мировая война. Википедия: Первая мировая война.]
Доходы капиталистов, проистекающие из расходов государств на войну, стали уникальными при разорении всех длительно воевавших государств.
Американские промышленные компании к концу войны сосредоточили в своих руках 50% мировой добычи каменного угля, около 70% нефти, 60% меди, 60% чугуна и стали, 85% мирового производства автомобилей. США заимели половину золотого запаса наиболее развитых стран. Характерно, что при всем этом, из-за роста налогов и опережения прироста цен относительно зарплаты, жизненный уровень американцев в среднем упал до половины от предвоенного. [Толмачева Р.П. «Экономическая история». Учебник 2003г. Гл. 6 п. 6.1.] В Германии, где жизненный уровень простонародья понизился многократно, немецкий финансовый магнат Стиннес увеличил свой капитал в 10 раз, пушечный король Крупп — в 6 раз [БСЭ Первая мировая война]. В Российской Империи, при росте государственных расходов в 1916 году по сравнению с 1914 годом в 3,7 раза, прибыли банков выросли тожев 3,7 раза; жизненный уровень простонародья понизился примерно во столько же [Самохин Ю.М. «Экономическая история России» Учебное пособие 2001г. Глава 8.].
Таким образом:
Первая всемирная война стала технически возможной и социально неизбежной в результате смертоносного сочетания индустриализации производительных сил человечества с частнособственнической эксплуатацией их ради обогащения капиталистов. Для капиталистической элиты эта война явилась лишь самым благоприятным режимом функционирования мирового рынка, позволившим обогащаться как никогда раньше.
Воспаленные у воюющих народов патриотические духи достаточно долго подвигали пушечное мясо на сверхприбыльную для капиталистов бойню, а победа тем временем перестала просматриваться в обозримой перспективе. С достижением счета убитых и калек на миллионы, с резким ухудшением жизни эйфория благих ожиданий улетучилась; стали улетучиваться и патриотические духи. При этом ни в одном воюющем народе ни один холеный «патриот», призывавший воевать, не мог ответить внятно на главный в каждой войне солдатский вопрос: за что воюем? за что льем свою и чужую кровь?

Наша страна в Первой мировой войне до Февраля 1917 года
В предвоенный 1913 год наша страна, тогда — Российская империя, достигла самого высокого уровня развития экономики за свою историю. Правда, основу ее экономики составляло сельское хозяйство, где наибольшая часть земель вспахивалась самодельными деревянными сохами по технологии от былинного Микулы Селяниновича. На надрывном труде российских крестьян паразитировали помещики, перекупщики, ростовщики, коррумпированные чиновники. Наша страна экспортировала большими объемами сельхозпродукцию и, в частности, хлеб. Однако в денежном выражении объем ее экспорта составлял мизерную часть мирового и, например, был почти в полтора раза меньше бельгийского. Значит, хлеб вывозился за бесценок, а на мировом «свободном» рынке, как и на внутреннем, наших селяниновичей «цивилизованно» грабили.
По объемам промышленного производства наша страна была пятой в мире, но в пересчете на численность населения – многократно дальше: в одном ряду со странами Латинской Америки. От 60 до 100% промышленной добычи и переработки в разных отраслях приходилось на иностранные компании [Самохин Ю.М. «Экономическая история России» Учебное пособие 2011г. Гл. 7.]. Эксплуатация рабочих была тоже надрывной. По отвоеванному рабочими Закону «О продолжении и распределении рабочего времени» от 2 июня 1897г. устанавливалась верхняя граница рабочего дня 11.5 часов, в субботние и предпраздничные дни – 10 часов, при 52 воскресных и 14 праздничных днях в году, без права на отпуск, и, вдобавок к тому, без действенного контроля государства за соблюдением хотя бы этого Закона [Мустафин Р.Р. «Правовое регулирование рабочего времени в Российской империи». Журнал «Государство и право».2011г. №12.].
Бедность и тяжесть труда поднимали крестьян на бунты, рабочих – на стачки. Русскому простонародью в те годы полюбилась песня «Дубинушка», заканчивающаяся словами:
Но настанет пора и восстанет народ
Разогнет он могучую спину
И на бар, на царя, на попов, на господ
Он отыщет покрепче дубину.
Кроме бунтарских и политически разновекторных революционных настроений, в многонациональной России было предостаточно настроений сепаратистских, которые тоже всегда обостряются с ухудшением жизни. Таким образом:
Из-за слабого развития промышленности, низкого уровня жизни создателей всякой продукции и в силу высокого уровня внутренних социальных напряжений длительное участие в большой индустриальной войне России было непосильно.
По наиболее распространенной версии вступление Российской империи в ту войну имело целью: быстро спасти балканских славян от австро-венгерского захвата, а по пути захватить Константинополь, проливы Босфор и Дарданеллы. Большевики усмотрели и другие мотивации: игрой на патриотических чувствах сбить нарастающую волну революционного подъема трудящихся; с достижением победы поправить долговые дела, поскольку крупные займы у Франции и Англии «превратили Россию в данницу этих стран»[«Краткий курс истории ВКП(б)» 1938г. С. 154-157]. В Германии, объявившей войну России, самые лучшие в мире немецкие стратеги запланировали: силами самой лучшей в мире немецкой армии еще быстрее взять Париж и затем почти сразу Петербург. Разумеется, — с захватом попутных и не только попутных территорий.
Как бы то ни было, российские войска первыми двинулись на запад и успешно захватили обширные территории Восточной Пруссии. Правда, балканских славян это не спасло, зато спасло от захвата немцами Париж: Германия была вынуждена срочно усилить российский фронт за счет ослабления французского. Далее во Францию для ее защиты отправлялись десятки тысяч отборных русских солдат. Так война пошла у нас ради союзников. Широко известны слова французского главного военачальника тех лет генерала Фоша: «Если Франция не была стерта с карты Европы, то в первую очередь благодаря России» и слова Черчилля: «В течение почти трех лет она задерживала на своих фронтах больше половины всех неприятельских дивизий и в этой борьбе потеряла убитыми больше, чем все союзники взятые вместе». В Париже и Лондоне до сих пор не скупятся на дифирамбы по адресу нашего воинства того времени.
Тем же временем наши дела в войне пошли все хуже и хуже. Пришлось отступать и сдавать противнику свои территории: Польшу, западную Белорусию, Прибалтику. Мобилизация пятнадцати миллионов здоровых работников, военные затраты и потери вызвали многократный спад народного потребления относительно и без того низкого довоенного уровня, а так же – крайне тяжелые последствия для всей экономики.
Но еще хуже того было другое обстоятельство: нашими союзниками стали самые ненасытные, самые изощренные и агрессивные колонизаторы: Англия, Франция, Япония и позднее примкнувшие США. В то время как:
Россия, с истощением ее военных, экономических сил, с ростом социальных напряжений и деградацией дворянской власти, сама превращалась в громадную и богатую ресурсами территорию, идеально подходящую для колонизации.
Здесь даже не требовалось напряженных захватнических усилий: длительное активное участие нашей страны в непосильной войне неминуемо вело к социальным катаклизмам, сокрушающим российское государство. Дальше открывалась возможность почти беспрепятственно захватывать просторы бывшей Российской империи.
Шестая часть суши земного шара для взятия без особых усилий! Только одно условие, которое уже выполняется: Россия должна воевать до победного конца! Точнее, — до победного не для нее, но для нее конца.
История запечатлела, какие чувства к России имелись у ее самых могущественных союзников. Япония, незадолго до того как стать союзником России, воевала с ней. Тогда в японских городах распевали песню «Долой всю Русь!», а газета Ницы-Ницы напутствовала самураев: «Бейте и гоните дикую орду, пусть наше знамя водрузится на вершинах Урала!». В разгар Первой мировой английский премьер Ллойд Джордж взывал к своему королю и парламенту: «Традиции и интересы Англии требуют разрушения Российской империи, чтобы обезопасить английское господство в Индии и реализовать английские интересы в Закавказье и Передней Азии». Советник президента США полковник Хауз настаивал: «России так или иначе придется быть разделенной … остальной мир будет жить спокойно, если вместо огромной России в мире будет четыре России. Одна – Сибирь, а остальные – поделенная европейская часть страны».
Это — хрестоматийные выдержки из того, что дошло до наших дней. Можно представить, что говорилось и планировалось келейно, иносказательно, без следов для истории, пока Россия лила кровь ради союзничков больше, чем они сами вместе взятые. Если добавить, что и германский монарх Вильгельм II открыто говорил про свое желание видеть Россию расчлененной на 4 – 5 частей, напрашивается вывод:
В Первую мировую Россия оказалась подставленной под захватническую войну против нее со стороны всех в мире империалистических сил. «Союзники» в этой войне были для нашей страны даже опаснее официальных противников.
Была ли у царской власти возможность заблаговременно избежать такой ситуации, — слишком большой и творческий вопрос, чтобы его здесь решать. Важнее заострить внимание на следующем развитии событий.
На третьем году кровавых баталий на суше, в небе, на воде и под водой у властей США, Англии и Франции вдруг появилась трогательная забота о демократизации Российской империи. Почему то – о демократизации не Британской, не Японской империй, тоже с монархиями во власти, и не США, где капиталисты оставили демосу лишь избирательные шоу. Нет: демократизация понадобилась вот именно России, у которой слишком большая и заманчивая территория.
С конца 1916 года по подсказке президента США, из соображений военной пропаганды, власти Англии и Франции затрезвонили, что они ведут «войну демократии против австро-германо-османского деспотизма», а вот наличие царской тирании в блоке союзников дискредитирует его борьбу за мировую демократию. [Подробнее — А.С. Ходнев «Февральская революция 1917 года в контексте международных отношений» coolreferat 2010г.] Вот так российская монархия, в отличие от английской и японской, оказалась яко бы не подходящей для вдруг обнаружившейся столь возвышенной цели всемирной бойни. Поэтому Россию ее «союзники» наметили под «демократизацию» в самую первую очередь: даже раньше, чем вражескую Германию с ее монархическими союзниками. Теперь приведенные выше слова Ллойд Джорджа о необходимости разрушения Российской империи в переводе на новый (тогда еще новый)язык военной пропагандызазвучали примерно так: общечеловеческие принципы демократии требуют освобождения российского народа от царской тирании.
Освобождение народа от государственной власти, какой бы она ни была, и разрушение государства в лице этой власти – есть одно и то же. Оно пережито почти всеми странами и, порой, многократно. Вопрос в том, ради чего: для воссоздания более совершенного государства в интересах народа? или в интересах внешних противников страны? В приведенных выше словах Ллойд Джорджа сказано открыто, что разрушения Российской империи требуют колониальные интересы Англии, а в переводе это разрушение выдано за освободительную миссию с умолчанием: ради каких последствий. Пользуясь таким привлекательным камуфляжем, отцы мировой «демократии» открыто сформировали свою марионеточную когорту будущих отцов русской «демократии». [Подробнее — А.Самсонов «Истинные организаторы Февраля 1917г. – наши «союзники» в войне». Журнал «Военное обозрение» 13 мая 2011г.]
К сожалению, переход наших «союзников» на «освободительно-демократический» язык военной пропаганды почти не освещен советскими историками и редко, лишь мимоходом, упоминается в современных исторических публикациях. Необходимо более пристальное внимание к этому переходу, чтобы глубже понять военно-политическую обстановку того, да и не только того времени.
Будущие отцы русской «демократии», прежде чем породить ее, проявили пламенный «патриотизм», когда наметилась возможность остановить войну.
12 декабря 1916 года Германия заявила, что готова «немедленно приступить к мирным переговорам». Этого заявления не могло появиться без предварительных тайных контактов на предмет готовности стран Антанты положительно откликнуться.
В частности, многие верноподданные Царя Николая II видели, к какому победному концу ведет его державу и его престол дальнейшее участие в войне, да еще за компанию с такими союзничками. Надрыв экономики, разорение народа и рост массовых антивоенных настроений грозили непредсказуемыми последствиями. Вместе с тем, летом 1916-го успешный Брусиловский прорыв улучшил положение на фронте. В результате сложилась обстановка, уже не позволявшая воевать далее, и, одновременно, позволявшая успешно отстаивать на переговорах приемлемые условия мира. Ряд высоких персон втихую контактировали с правителями Германии по вопросу о мире. Это, конечно, не прошло мимо глаз и ушей поборников войны.
1 ноября 1916 года конституционный демократ (кадет) Милюков поднял в Госдуме истерию по поводу «германофильства, измены, тайных переговоров с Германией» со стороны высших правительственных чинов. Через десять дней последовала смена правительства. Новое правительство на заявленную Германией готовность к мирным переговорам сразу отказалось от них. Стремление к миру появилось тогда во властях не только Германии и России. В Лондоне распространились слухи, что английское правительство склоняется к «сделке с врагом». И это правительство тоже было сменено 5 декабря 1916 года. Как раз тогда стал премьером Англии поборник и войны и разрушения союзной России Ллойд Джордж.
Будь тогда война остановлена, она так и не стала бы мировой: в ней еще не участвовали США. Жертв от нее было бы раза в два меньше; российских жертв – раза в четыре. Но здесь российские «демопатриоты» вкупе с английскими не в первый и не в последний раз приложили свои руки к разорению и массовому истреблению народов.
В итоге Германия за свою «угрозу» окончания войны получила резкое ужесточение экономической блокады. Россия получила новое, более «патриотичное» правительство, но близкие к царю особы продолжили тайные переговоры с германскими властями по вопросу о мире [«История дипломатии» 1940г. Т. второй С. 295]. Англия получила новое правительство, — более «патриотичное» и агрессивное по отношению к союзной России.
Могущественные любители пушечного мяса сохранили приток наживы от всемирной бойни и начали готовить в нашей стране «демократическую революцию», свершенную в конце февраля — начале марта 1917 года.

Изначальные позиции большевиков в Первой мировой войне
Большевики с самого начала войны разъясняли, что она захватническая со стороны всех участвующих в ней империалистических держав и потому назвали эту войну: империалистическая. Еще разъясняли, что от любого ее исхода трудящимся ничего хорошего не добавится, что фронтовики льют свою и чужую кровь в конечном итоге за обогащение капиталистов. Вслед за большевиками эту сущность войны разъясняли народам коммунисты других стран. Кроме того, большевики призвали трудящихся всего мира противодействовать втягиванию в войну своих стран и повернуть оружие против своих властей, если они втянули народ в войну. Таким путем – брать власть в свои руки и восстанавливать мир на условии: без аннексий и контрибуций. Далее – вести дело к мировой социалистической революции сообразно учению основателей научного коммунизма. [Подробнее — «Краткий курс истории ВКП(б)». 1938г. С 157-165]
В ноябре 1914 года за указанную выше политическую позицию большевистская фракция Госдумы была арестована, осуждена по обвинению в государственной измене и сослана в Сибирь. Здесь уместно отметить, что двумя годами позже прослыл сторонником мира с Германией влиятельный знахарь царской семьи Распутин. В декабре 1916-го английская разведка, из опасения, что Распутин склонит царя к миру, организовала жестокую расправу над ним. То что ее организовала разведка Англии, вскрыл по документам того времени английский историк Майкл Смит. Он опубликовал эти сведения и сообщил о них в своем интервью журналу «Огонек» [№39 октябрь 2010г.]. В отличие от Распутина, депутаты и вожди партии большевиков в 1914 году не имели никакого влияния на российскую власть. Поэтому за свое миротворчество они пока не удостоились такого внимания «союзнических» спецслужб и отделались только гонениями со стороны российской власти.
Все прочие партии России, как и других воюющих стран, призывали воевать. В этом «патриотическом» порыве они слились в единый пропагандистский актив приобретателей наживы с войны, которые скупали правящих, оппозиционных политиков, СМИ и насаждали своими людьми государственные службы, партийные активы для раскошеливания государств на военные затраты и для агитации за войну. В обстановке умелой игры массы политиков и СМИ на патриотических чувствах простонародья, в его среде никто не воспринял бы позитивно «непатриотичные» призывы коммунистов, если б со временем не увидел своими глазами и не прочувствовал по собственной жизни: кому — война, а кому — мать родна. В каждой воюющей стране почти все люди страдали от голода и эпидемий, теряли на фронтах родных и близких, а приобретатели наживы с военных затрат состязались в роскоши. Кстати: в США стали называть разбогатевших на войне дельцов горько юморным прозвищем: дети войны. Оно поразительно совпало с нашим простонародным: кому война – мать родна.
Когда счет убитых, умерших от ранений, голода, эпидемий и калек пошел на многие миллионы, указанная выше позиция коммунистов привела к стремительному росту их влияния среди народов и в войсках, причем более всего – в Германии и в России. Потому что и без влияния коммунистов уже к концу первого года войны все армии, кроме немецкой и русской, и кроме английского флота, раскисли и перестали активно воевать. В Европе линии фронтов стали предопределяться ходом сражений Германии с Россией.
На Германии с Россией сошлись основное пламя межгосударственных битв, где немецкие войска бились с русскими, и основное пламя классовых битв, где немецкий и русский трудовой народ во главе с коммунистами поднялся на борьбу с германскими и российскими властями с целью установления своей власти.
Кроме того, и в Германии и в России еще не потухло пламя классовой борьбы буржуазии с монархиями. И еще кроме того:
Если союзники Германии не помышляли о ее разрушении, то у «союзников» России ее разрушение было первостепенной задачей.
Об этом свидетельствуют многие обстоятельства, приведенные выше и ниже.

Разрушение Российской империи и становление Советской России
Февральская 1917 года «демократическая революция» свершилась на волне массового недовольства царской властью, а более всего – продолжением войны и отказом выполнить жизненно важные требования рабочих и крестьян. Тогда, во время отсутствия царя в столице, поднялось восстание под девизом Долой самодержавие! без уточнения за какую власть. Большевики изначально вместе с буржуазными партиями боролись за свержение самодержавия и стремились возглавить эту борьбу, чтобы буржуазная революция затем переросла в социалистическую. Но в тот период все вожди большевиков были в ссылках и в эмиграции. Перед началом восстания был арестован Петроградский комитет партии.
Формирование новых органов власти началось до свержения царя и, разумеется, без участия большевиков. Сначала, 27 февраля, депутаты Госдумы — меньшевики с активом рабочих и солдат образовали Исполком Петросовета. В ночь на 28-е депутаты октябристы и кадеты образовали Комитет Госдумы. Затем по согласию обоих названных органов было сформировано Временное правительство под условие «немедленной подготовки» к созыву всенародно избранного Учредительного собрания, «которое установит форму правления и конституцию страны». Состав Временного правительства подобрал упомянутый выше кадет Милюков, ставший главой МИД. Ночью 2 марта Царь Николай Второй отрекся от престола.
Здесь уместно привести слова о Милюкове из воспоминаний бывшего директора департамента полиции Васильева: «Милюков, которому особо покровительствовал английский посол Бьюкенен, часто проводил вечера в английском посольстве. Если английское министерство иностранных дел когда-нибудь разрешит публикацию документов из своих архивов, это по-новому и не особенно благоприятно осветит «патриотизм» Милюкова». Васильев и про себя рассказывает, как он доблестно арестовал остатки актива большевиков в столице, а революционеров, приближенных к английскому посольству, арестовывать не стал в связи с их депутатской неприкосновенностью. Они после свержения царя сами его потом арестовали. [Васильев А.Т. «Охрана: русская секретная полиция». 2004г. Т. 2. Главы XVI и XVIII]
В итоге тех бурных событий получилось двоевластие со следующей спецификой. Обе власти возглавлялись одинаково верными служителями «союзникам» России. Поэтому ключевые фигуры Временного правительства фактически назначались в английском посольстве. Но если советская власть избиралась рабочими и солдатами, то Комитет Госдумы не избирался никем. Госдума его не избирала и ее саму больше ни разу не собрали, хотя даже царь ее не распустил, а лишь отсрочил на два месяца ее очередное заседание. Характерно, что именно этот, никем не избиравшийся, Комитет яко бы Госдумы уже 1 марта, причем, до отречения царя, Англия и Франция признали единственной законной властью в нашей стране.
Все это вызвало у наших «союзников» бурю восторгов. Госсекретарь США Лансинг прореагировал так: «это сняло единственное возражение против утверждения, что европейская война является войной демократии против абсолютизма и что единственная надежда на прочный мир между всеми нациями зависит от установления демократических институтов во всем мире» [А.С. Ходнев «Февральская революция 1917 года в России в контексте международных отношений» coolreferat 2010г.] Английская «Дейли Телеграф» уже 4 марта написала даже так: «Этот переворот — несравненно более важное событие, чем победа на фронте».
Ленин в эмиграции, на основе поступающих сведений, 7 марта в своих «Письмах издалека» дал этому перевороту гораздо более обширную характеристику. В частности, следующими словами: «Весь ход событий февральско-мартовской революции показывает ясно, что английское и французское посольства с их агентами и «связями», давно делавшие самые отчаянные усилия, чтобы помешать «сепаратным» соглашениям и сепаратному миру Николая Второго (и будем надеяться и добиваться этого – последнего) с Вильгельмом II, непосредственно организовали заговор вместе с октябристами и кадетами, вместе с частью генералитета и офицерского состава … особенно для смещения Николая Романова».
В одной этой ленинской фразе отразились все битвы, какие в ту пору велись у нас в стране на зримых и тайных фронтах, и какие силы победили в Феврале 1917-го.
Историки — коммунисты писали историю Первой мировой с позиции участников зримого фронта классовой борьбы пролетариата. Историки – российские патриоты писали ее с позиции участников зримого фронта войны России с германским блоком. Сейчас историки — российские патриоты больше внимания уделяют тайному фронту, на котором, по Ленину, мировая и российская буржуазия победили российскую монархию. Но был еще один тайный фронт, на котором шла битва между поборниками мира и поборниками войны. В ленинских «Письмах издалека» отразились битвы на всех этих четырех фронтах. Еще в них четко видна позиция Ленина как коммуниста – патриота России – поборника мира – поборника народовластия (демократии), хорошо разглядевшего, что за «демократы» пришли у нас к власти, и скорый приход насаждаемого ими беспредела.
Кроме того, необходимо особо отметить:
То, что с появлением лишь вероятности начала лишь переговоров о мире последовала смена заподозренных в стремлении к миру правительств Англии и России, а в России – еще и свержение монархии, наглядно свидетельствует, каким могуществом обладали поборники войны, и как бесцеремонно они ликвидировали малейшую «угрозу» ее прекращения.
Временное правительство даровало много свобод и даже вольностей, которых народ не просил. Например, — всеобщую амнистию уголовникам и выборы множества начальников низшего и среднего звена. Но самые ценные вольности, которых народ не просил, достались банкирам и промышленникам. Банки получили невиданные раньше возможности по выпуску «ценных» бумаг. Денежную массу правительство тоже стало наращивать в четыре раза быстрее, чем при царе за военные годы. На махинациях с теми и другими бумагами более всего наживались крупные рыночные воротилы. Кроме того, они получили налоговые послабления на фоне роста налогового обложения трудящихся. При таких «экономических» мерах госдолг стал расти в 2,5 раза быстрее, чем при царе за военные годы. [Подробнее — Гусаков А.Д. «Очерки по денежному обращению России». 1946г. С. 34-35]
Всего этого, еще раз повторим, народ не просил. Но главное, чего народ требовал и чего ждал от новой власти, он от нее не увидел.
18 апреля 1917 года глава МИД Милюков специальной нотой заверил Англию и Францию, что Временное правительство продолжит войну «до победного конца». Сразу поднявшаяся волна народного возмущения смыла Милюкова и еще ряд его коллег с правительственных кресел. Правительство в новом составе выступило с декларацией, в которой пообещало начать переговоры о мире, а так же ускорить разработку аграрной реформы и установить государственный контроль над производством. Однако и в этом составе правительство продолжило войну без оглядки: на собственное обещание переговоров о мире; на рост массовых требований прекратить войну; на поступившее в мае от Германии предложение начать мирные переговоры; на массовое братание между российскими и германскими солдатами; на провал начатого летом наступления. Временное правительство не взялось решать земельный вопрос согласно крестьянским требованиям, не установило государственный контроль над производством, лишь 9 августа, в еще одном новом составе, назначило на 12 ноября выборы в Учредительное собрание. Но уже 1 сентября без него провозгласило Российскую Республику, еще до того отстранило от власти советы, потом распустило и Госдуму вместе с яко бы ее Комитетом. Глава временного правительства социал-революционер (эсер) Керенский под предлогом чрезвычайности обстановки, его же правлением созданной, наделил себя диктаторскими полномочиями. Таким образом:
Временное правительство, сформированное «демократами» под гарантию немедленного создания народу возможности государственного самоопределения, узурпировало власть постоянную и напрочь перекрыло народу все возможности изменения проводимой явно антинародной внутренней и внешней политики.
В начале апреля 1917 года из эмиграции вернулся Ленин. В своих «Апрельских тезисах» он призвал большевиков к кропотливой разъяснительной работе в трудовом народе, чтобы повести дело к созданию «республики Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов», которые: закончат войну «не насильственным, миром»; конфискуют помещичьи земли; объединят все банки в один общенациональный банк; введут свой контроль над общественным производством и распределением продуктов. В этих же тезисах Ленин предусматривал, что советская власть созовет Учредительное собрание. То есть, он призвал демократично и мирно формировать государство с полновластием уже выполняющих властные функции советов.
Кроме ленинской инициативы по становлению Советской России, никаких других инициатив от других политических лидеров или партий по становлению демократичным и мирным путем иного государства в ту пору не появилось.
Ленинская государственно созидательная и отвечающая жизненным интересам трудового народа инициатива вызвала прирост численности большевиков за месяц в два раза, к середине осени – в четырнадцать раз, а так же — большой подъем их влияния в народе, в войсках и их представительства в советах. Массовая эйфория больших надежд, сопровождавшая Февральский переворот, быстро улетучилась. Все более массовым и настойчивым становилось требование полновластия советов во главе с большевиками. К осени 1917-го большевики избираются во главе советов.
К середине той же осени Временное правительство довело Россию до того самого победного не для нее,но для нее конца. Система денежного обращения разрушилась с невиданным приростом массы «ценных» бумаг и денежной массы. Страна пошла в территориальный разнос, а по завершении на селе уборочных работ заполыхала крестьянскими бунтами.
20 октября недавно назначенный военный министр Верховский на закрытом совещании заявил: «Я пришел к полному убеждению, что дальше мы воевать не можем … Тяга армии к миру непреодолима. Единственное что нам сейчас остается, — это заключить мир с Германией. Это даст нам возможность спасти государство от полной катастрофы». Не услышав поддержки ни от одного другого члена правительства, Верховский ушел в отставку. Позднее свои воспоминания об этом он закончил словами: «я не видел никакого выхода из противоречий, которые заставили меня сделать жалкий шаг – уйти из правительства, в то время как нужно было прогнать его силой штыков». [Верховский А.И. «На трудном перевале» 1959г. С. 393-395.]
Так подошел к завершению процесс, в ходе которого:
Наша страна первой в истории государств подверглась «демократизации» в традициях и интересах самых изощренных колонизаторов.
После Февральской «демократической революции» власть самодержавная сменилась на власть самозваную. Российское государство в лице самозваной диктатуры перестало функционировать, сохранив лишь одну функцию: участие в мировой войне ради «союзников».
25 октября 1917 года поднялось восстание, на сей раз под девизом За власть советов!, а не только долой существующую власть, как в Феврале. Восставшие не встретили много желающих защищать антинародный режим и очистили Зимний дворец от него почти бескровно. Сразу прошел очередной Всероссийский Съезд Советов, на котором были сформированы Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов во главе со Свердловым и: «Временное впредь до Учредительного собрания рабоче-крестьянскоеправительство» (курсив наш) — Совет Народных Комиссаров во главе с Лениным. То есть: СНК был тогда тем же самым Временным правительством, сформированным в третий раз одной из двух ранее формировавших его властей после разгона самозваным режимом Керенского другой власти. Говоря точнее:
В Октябре 1917-го никакого государственного переворота в России не было. Была застройка советского государства после разрушения до основания всякой российской государственности самозваным диктаторским режимом. Была и социалистическая революция, но все это вершилось путем текущей смены состава Временного правительства и текущих изменений его функций.
Еще особо важно отметить:
Советская власть в той ситуации действовала безукоризненно демократично: она и до того формировала правительство, не она ликвидировала вторую формировавшую его власть в лице Комитета яко бы Госдумы вместе с Госдумой, и она была даже обязана низложить самозваный диктаторский режим Керенского.
Причем все свершившееся в Октябре 1917 года было сугубо внутренним делом нашей страны. Правда, во всем политически просвещенном мире началось бурное обсуждение вопроса: сколько дней продержится в российской столице советская власть?
Советы сразу начали осуществлять то, что от них требовал приведший их к власти народ. В первую очередь последовало предложение всем воюющим странам объявить перемирие и начать переговоры о мире на условии: без аннексий и контрибуций. С передачей помещичьей земли безвозмездно крестьянам у них на 60% возросло количество земли, приходящейся на одну семью. Крестьян освободили от долгов банкам. Были национализированы банки, торговый флот, более 800 предприятий ведущих отраслей промышленности, где собственники саботировали производство. [Т.М. Тимошина «Экономическая история России» Учебное пособие. 2009г. С. 202-209] Вдобавок к тому были предприняты действия, которых народ не просил: начато строительство сети электростанций, открыто тридцать три института по перспективным направлениям научно-технического прогресса.
Советская власть примерно за четыре месяца установилась почти во всей России: кроме территорий, захваченных германским блоком до Октября. Антисоветское сопротивление было, но повсеместно терпело крах. Ленин 7 марта 1918 года в отчетном докладе на VII Съезде партии отметил: «В этой гражданской войне подавляющее большинство населения оказалась на нашей стороне и вследствие этого победа давалась нам необычайно легко».
Советское Временное правительство провело выборы в Учредительное собрание в ранее установленный срок 12 ноября 1917 года. То есть – уже через 16 дней после установления советской власти в столице. Учредительное собрание собралось 5 января 1918 года. На эту тему чуть ниже, а пока отметим следующее обстоятельство.
Власти Англии, Франции и США отнеслись к низложению преданно служившего им правительства Керенского на удивление пассивно. Они ничего не предприняли для его поддержки, не сохранили признания его законности и даже не проявили беспокойства хотя бы о сохранении жизни его членов в ходе восстания или после ареста. Советскую власть они тоже не признали, хотя она действовала безукоризненно демократичным для той обстановки путем. Выходит, что «союзники» России признали на ее территории, без всякого на то основания, только безвластие.
Признание «союзниками» России режима Керенского низложенным вместе с их непризнанием советской власти означило, что для них Россия как государство стала теперь бывшей, а ее территория и народ – свободными для расчленения и колонизации. С этого момента наши «союзники» стали официально называть нашу страну не иначе как: территории бывшей Российской империи.
Уже 20 ноября 1917 года на специальной конференции представители США, Англии, Франции и союзных им стран демократично поделили нашу страну на свои «зоны интересов» и «установления контактов с национально-демократическими правительствами» «на территоиях бывшей Российской империи» (курсив наш). 10 декабря Англия и Франция в принятой ими тайной конвенции так и написали, что Англия «забирает себе» территории казачьих областей, Кавказа, Армении, Грузии, Курдистана (по нынешнему – Азербайджана), а Франция – Бессарабию, Украину и Крым. [«Тайная конвенция Англии и Франции». hrono.pro/?p=214, 20.07.2014г.]
Отметим особо:
Все решения по расчленению и колонизации нашей страны принимались отцами мировой «демократии» в декабре 1917 года, не дожидаясь каких бы то ни было решений Учредительного собрания, собравшегося 5 января 1918 года.
Тем же временем власти Японии не демократично начали готовить войска, чтобы на нашей земле до Урала «восстановить порядок» [«История дипломатии» 1940г. Т. второй С. 381]. Власти США не собирались делать Японии такой богатый подарок и начали готовить войска, чтобы потеснить самураев на востоке «бывшей» России.
Вот только российский народ не захотел переселяться в бывшую Россию, а предпочел жить в Советской.
Российский народ, установив повсеместно свою, — советскую власть, сорвал первую в двадцатом веке попытку растащить Россию на колонизированные регионы. Сама эта попытка ее «союзников» — есть яркое свидетельство, что они в действительности были захватчиками нашей страны и в принципе не могли быть поборниками демократии ни в нашей и ни в какой другой стране.
Теперь — об Учредительном собрании. На выборах в него приняло участие около половины избирателей, что немало для того сложного времени.
Первый знаменательный итог голосования: партии, ставшие правящими сразу после Февральской «демократической революции», получили: кадеты — 4,7% голосов; меньшевики – 2,3%; октябристы уже исчезли, а их электорат голосовал за кадетов.
Второй знаменательный итог: сотоварищи низвергнутого 16 дней назад Керенского — эсеры, которые во время выборов почти на всей территории страны оставались еще правящей партией, получили 40% голосов. Сотоварищи Ленина — большевики, которые за 16 дней еще нигде не успели стать правящей партией, получили 24 %, но при этом: в Петрограде – 45%; в Москве – 48%; в ряде промышленных регионов более 50%, на Северном фронте – 56%; на Западном — 67%. [БСЭ: Учредительное собрание.]
Ясно, что за 16 дней после установления советской власти в столице, остались в тех же руках, что и раньше, финансовые, информационные, административные ресурсы и на этих выборах они энергично работали на победу последней из правивших партий, еще сохранившей некий рейтинг. Зная, как влияют эти ресурсы на итоги голосования на местах, особенно в глубинке, а Россия тогда на 80% была глубинкой, можно только удивляться столь низким процентам у эсеров и достаточно высоким у большевиков.
К 5 января из 715 избранников приехали в столицу 410, при установленном кворуме 400. На Учредительном собрании депутаты эсеры, кадеты, меньшевики и часть от мелких партий, составившие большинство, не дали поставить даже на обсуждение вопрос о провозглашении России Республикой Советов. Чтобы отцы русской «демократии» не вернули страну обратно в недавно пережитый беспредел, депутаты большевики, часть эсеров и часть от мелких партий покинули Учредительное собрание, лишив оставшихся кворума и, значит, статуса всенародно избранной власти. Тем не менее, оставшиеся без кворума продолжили считать себя Учредительным собранием.
Однако: на сей раз, в отличие от 1 марта 1917 года, отцы русской «демократии» не дождались от отцов мировой «демократии» признания своей власти. Отцам мировой «демократии» власть отцов русской «демократии» в России уже была ни к чему: им нужна была только бывшая Россия. Российский народ тоже не захотел возврата к керенщине и продолжил государственное строительство Советской России, вспоминая учредилку с издевками. Еще один характерный штрих: избранный в Учредительное собрание завсегдатай английского посольства кадет Милюков предпочел уехать на Дон поднимать и вдохновлять на ликвидацию советской власти войска. Но они поднялись и вдохновились плохо, хотя ими командовало множество именитых генералов. Вскоре им нанесли поражение сторонники советской власти под командованием прапорщиков.
Вот такое «голосование на местах», без влияния финансовых, информационных и административных ресурсов, в конечном итоге предопределило, какой власти, какой государственности быть в России и то, что сама Россия не стала бывшей.
Продолжение следует.

 
Статья прочитана 96 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твитты

Наш адрес

  • Казань, улица Мартына Межлаука, д.22, офис 506

Наши контакты

Тел.       (843) 293-17-33

Тел.      89050203399

Тел.       (843) 262-07-64

Читать нас